Купить PDF-версию
21:28 | 28 февраля, Ср
Махачкала
X
08:48 11.07.2008

Образ «Матери ветров» в верованиях народов Дагестана

Определенное место в мифологических представлениях народов Нагорного Дагестана (аварцы, даргинцы, лакцы) и некоторых тюркоязычных народов равнинного Дагестана (ногайцы) занимал образ персонифицированного ветра – одной из стихийных сил природы, который в большинстве мировых мифологий символизировал «дух, живое дыхание Вселенной». Для традиционного сознания, опиравшегося на опытное знание физиологии, дыхание было неотделимо от стихии движущегося воздуха – ветра.

Народы Дагестана олицетворяли ветер с образом «Матери ветров». Аварцы называли ее Гьорол-эбел («Мать ветров»), даргинцы-цудахарцы – Щуорла ГIяйша («Ветряная Айша») или Щуорла ГIяшура («Ветряная Ашура»), даргинцы-харбукцы – ДагIла аба («Мать ветров»), даргинцы-мегебцы – БукIумила Хадижа, лакцы – Чассажи, ногайцы – Обур-куртка («Старуха-обжора»). Аварцы-андалальцы (сс.Бацада, Шулани) персонифицировали его в образе «Дочерей ветра» («Гьорол ясал»). Их представляли в виде красивых девушек с длинными распущенными волосами, охотящихся за красивыми мальчиками (с.Бацада).

У народов Южного Дагестана (лезгины, табасаранцы и др.), видимо, под влиянием рано распространившегося у них ислама этот персонаж, насколько нам известно, отсутствует.

После принятия мусульманской религии образы многих языческих богов были поглощены или вытеснены образами исламских пророков, ангелов и святых со сходными функциями и характеристиками. Например, у табасаранцев «хозяином ветров» был пророк Ряаьд («Ряьад-пейгъамбар – микIарин эйси»).

Влияние мусульманской религии чувствуется и в мифологических представлениях аварцев-хунзахцев, у которых наряду с верой в образ «Матери-ветров» («Гьорол эбел»), хозяином ветров признавался ангел Исрапил (Исрапил-малаик) (с. Хунзах). Это влияние ислама на языческие представления о ветре наиболее наглядно просматривается в связи с кораническими сюжетами о самудилах (самудяне в мусульманской мифологии — один из «коренных», исчезнувших народов Аравии, которые не оценили милость к ним Аллаха и были за свои прегрешения уничтожены). Так, бытует вера, что на стыке весны и лета целую неделю дует ветер «самудилал», который разделяет весну и лето (с. Хунзах). Эта информация подтверждается сведениями М.Р.Халидовой, которая пишет: «По верованию народа, за семь дней до прихода весны (в конце марта) дуют сильные ветры («самудилазул гьури» – «ветры самудилов»). Согласно легендам у самудилов была мать, которую в с. Ботлих называют Ади, а в селении Хунзах – Бардул Азизат. Единый бог мусульман Аллах подверг мать самудилов, непокорную язычницу Бардул Азизат, самому жестокому наказанию: приковал ее к громадному железному столбу, возвышавшемуся на краю скалы. Высушенная ветрами и солнцем, она должна висеть на столбе до страшного суда».

Возвращаясь к образу «Матери ветров» у хунзахцев, следует отметить, что в с. Тануси «Гьорол эбел» называли смерчь, вихрь. В с. Харахи считали, что как раз-таки внутри вихря и находится «Гьорол эбел» – женщина с длинными распущенными волосами, которая старается оседлать «ветряного коня» («гьорол чу») и подняться на нем вверх, к небу. Впрочем, в с. Гортколо при смерче, вихре говорили: «Это дракон выходит из земли и устремляется к небу («Аздагьо бахъун уна зобалазде»).

Таким образом, как это видно из приведенного материала, хунзахцы персонифицировали ветер в зооморфной («ветряной конь», дракон) и антропоморфной (женщина с длинными распущенными волосами) ипостасях, что имеет аналогии и у других дагестанцев.

Несмотря на неприятности и ущерб, приносимые сильным ветром, ругать его  и плохо говорить о нем у гидатлинцев, годоберинцев, андалальцев и др. было нельзя: «это грех», «ветер – это к хорошему» (с.Бацада). При сильном ветре говорили: «Гьорол ясал расанданал руго» («Дочери ветра танцуют») (с.Шулани), «Гьорол ясал релъенал руго» («Дочери ветра идут») (с.Бацада) и несколько раз приговаривали: «ЛъикIалъе батайги!» («Пусть будет к добру!») (с.Ругуджа).

Аварцы-хунзахцы расценивали сильный ветер как божье предначертание («Аллагьасул хIукму»). Существовало представление, что сильный ветер уносит беды и несчастья (с. Харахи).

Как и у андалальцев, при сильном ветре пожилые женщины приговаривали: «ЛъикIалъе батаги! Рохалий батаги!» («К добру! К радости!»). Они читали молитву («дугIа») и обращались к Аллаху со следующими словами: «Спаси нас от бедствий ветра!» («Гьорол балагьалдаса цIунаги!») (с. Батлаич), «Пусть убережет от больших бед!» («КIудиял балагьал нахъ чIвараб батаги!») (с. Гортколо), «Ветру, который подчиняется твоей воле, дай терпения, Аллах!» («Дур гьурман ккураб гьорое сабру кье, Аллагь!») (с. Гонох), «Дай, Аллах, чтобы после этого ветра ничего плохого не было! Не злись на нас, Аллах!» («Я, Аллагь, гьаб балагьалда хадуб цогиги бачIунгеги! НижетIа дур ццим бахъунгеги, Аллагь!») (с. Хунзах).

В селении Чох для того, чтобы остановить ураганный ветер, за порогом входной двери (граница миров) ставили еду – угощение для «Матери ветров» для того, чтобы она прекратила свои разрушительные действия. В соседнем с. Ругуджа жители изготовляли из тряпок куклу, которую набивали землей или песком. Из соломы делали волосы и поджигали их во время обряда изгнания «Матери ветров». Видимо, кукла в этом обряде олицетворяла «Мать ветров». Утрата ее волос при их сжигании, видимо, должна была приостановить сильный ветер.

Вероятно, волосы, развевающиеся на сильном ветру, в мифологизированном сознании горцев Дагестана представлялись важным атрибутом, характеризующим персонаж «Мать ветров».

О связи ветра с мифическими чудовищами и земноводными свидетельствует и лезгинская примета: «Если поднять с земли дохлую змею, то жди сильного ветра».

Аварцы-чародинцы и андалальцы при сильном ветре бросали вверх иголку с ниткой, чтобы зашить мешок «Матери ветров». Иголка с ниткой, как и все другое, связанное с прядением и ткачеством, являлись одним из атрибутов Великой Богини-матери.

Обряд прекращения ветра зафиксирован и у сулакских ногайцев. Видимо, это было связано с их основной хозяйственной деятельностью – рыболовством. Ветер мешал рыбакам выходить в море. Для этого обряда сулакские ногайцы использовали шерсть барана, пожертвованного на Курбан-байрам. Во время сильного ветра клок шерсти сжигали, а пепел развеивали по ветру. Считали, что после этого действа ветер постепенно стихнет.

У харбукцев «Мать ветров» была богиней зла. Она имела нескольких сыновей, из которых лишь младший сын ЦIуэри («Легкий ветерок») был добр к людям.

Хозяйку ветров лакцы представляли в виде антропоморфного существа Чассажи. Ее образ сохранился в сказочном эпосе лакцев. Она, по представлениям лакцев, была старой женщиной с длинными растрепанными волосами, обитающей в уединенном безлюдном месте, в собственном доме. По поверью лакцев, она справедливое божество, расположенное к обездоленным, обиженным и униженным сиротам и беспощадное к лентяям, тунеядцам. Обидевшись на людей за их пагубные действия, Чассажи насылает на них ветер, который сметает все на своем пути, иссушает землю. Чассажи называют еще ветряной Чассажи, царицей ветров. Чтобы умилостивить ее, необходимо было растопить на огне сало жертвенного барана или другого животного, зарезанного в праздник Курбан-байрам и «создать запах» («кьанкь дуккан дан»). Жители некоторых аулов Кулинского района владыкой ветра считали «ветряного мужчину» Мурчал-адимина.

У лакцев с. Балхар С.А. Лугуевым зафиксирован мифологический персонаж Бахъ-балу, связанный со стихией ветра: «Это полувидимый, являющийся, как абрис, силуэт, круторогий, огромный, с быка, баран. Появляется во время пурги, урагана, ливневых дождей. Он разметает стога, рушит дома и хозяйственные постройки. Как только первый, кто увидел этот силуэт, воскликнет: «Бахъ-балу», он исчезает. Произнести это восклицание, не видя силуэта, значило, якобы, вызвать его. Чтобы Бахъ-балу не гневался, следовало с самого начала разбушевавшейся стихии делать жертвенные раздачи (мукой, зерном, солью и др.) и читать молитвы».

По мифологическим представлениям ногайцев, «ветер на земле производит Обур-куртка (волшебница-старуха), имеющая постоянное  местопребывание на востоке; она, по желанию своему, переносится незримо для нас в различные концы земного пространства. Волшебница эта в свете занимает середину между Божеством и злыми духами, т.е. она не так добра, как Божество, но и не так зла, как нечистые духи: она делает человечеству и добро, и зло. Если Обур-куртка дует не долее трех дней, то это она очищает воздух от разных вредных испарений, накопившихся в нем от  гнилых болот и других нечистых мест, а если дует долее, то это она делает уже в гневе, недовольная родом человеческим, и в таком состоянии она иногда своими ураганами причиняет людям страшный вред и громадные опустошения. Кроме того, она в своем ожесточении даже набрасывается на солнце и луну, закрывая собою их благодетельный свет от людей и всего живущего на земле».

С этим мифологическим персонажем у ногайцев были связаны и проклятия: «Пусть Обур-куртка заберет! Пусть Обур-куртка съест!».

Образ «Матери ветров» проник и в сказки. В них обычно мачеха посылает падчерицу к «Матери ветров» за клубком шерсти, которую унесла черная туча. В сказку таким образом вводится мифологический персонаж «Матери ветров», который олицетворяет враждебные людям силы. На позднейшей стадии развития сказка о «Матери ветров» переосмысливается в  рассказ, в котором ее образ отождествляется с демоническим персонажем.

Таким образом, можно сделать вывод, что персонификация одной из стихийных сил природы – ветра в зооморфной и антропоморфной ипостасях сложилась у народов нагорного и равнинного Дагестана в глубокой древности, в эпоху первобытного общества, с его культом природы. Источником для реконструкции образа «Матери ветров» служат мифологические сюжеты, лексика и фразеология, тексты обрядовых песен, детские обряды (редукция былых взрослых обрядов), донесшие до нас в некоторых случаях имена (Ингуле, Алтымаз и т.д.) «Матери ветров» у отдельных дагестанских народов.

На наш взгляд, «Мать ветров» является одной из ипостасей Великой Богини-матери – сложного амбивалентного образа («Великая Мать может быть либо подательницей благ и защитницей, либо злой и приносящей разрушения»).

«Мать ветров» представляет не созидательный, а разрушительный аспект ее образа, ибо ветер связан с хаосом, а в противопоставлении космоса и хаоса (культурного и дикого, доброго и злого, позитивного и негативного) «первый член указанных противопоставлений почти повсеместно перекодируется как «мужское начало», а второй – как «женское начало».

С распадом первобытного общества и зарождением раннеклассовых отношений образ «Матери ветров» трансформируется в мужской (лакцы-кулинцы), а чаще всего – в демонологический персонаж сказок и рассказов.
 

Статьи из «Общество»

Личные акценты Ильмана Алипулатова

51
Для многих он останется в памяти как учитель, наставник,...

«Чёрное золото» Дагестана

6
Весной 1894 года, 130 лет назад, у селения Берикей в Дербентском районе бывший железнодорожный...

Не повторить судьбу родителей

21
В 2022–2023 годах в Дагестане был реализован проект «Возвращение в мирную жизнь: реабилитация и...

Построим в Махачкале парк Победы?

60
В 2025 году наша страна отметит знаменательную дату – 80-ю годовщину Победы в Великой Отечественной войне. Дагестанцы, как и все...

Учитель на поле боя

19
Ветеран Великой Отечественной войны Ильяс Казиханов (на снимке) прошел долгий боевой путь от...

Очевидец исторического события

10
В этом году свой 99-й день рождения отметил бы ветеран...

Ахмед-хан против Надир-шаха

200
Кайтагское уцмийство было феодальным государством в составе Дагестана. Существовало оно на...

Легендарная Тути-Бике

107
По одним данным, Тути-Бике родилась в 1751 году, по другим – в 1753-м. С именем этой девушки...

Торопитесь не спеша

4
Никто не будет спорить, что одной из самых частых причин ДТП является превышение водителями...

Нарушителей ПДД ждут новые штрафы

4
Важные изменения в организации дорожного движения ждут автомобилистов в начале 2024 года. Они коснулись работы светофоров,...

Зима. Водитель, «торжествуя…»

3
Как негативно, а вернее, насколько пагубно влияет зима на состояние автомобиля? Причем,...