У каждого своя минута молчания

В эти несколько фраз спрессовались события невероятного трагизма, глубочайшего накала эмоций и горечь потерь огромного количества самых близких людей. Подсчитали: если объявить минуту молчания по каждому из 27 миллионов погибших советских граждан и воинов, то мир молчал бы 50 лет!

Минута молчания проходит. Наступают часы, дни, месяцы и годы осмысления произошедшего. И это осмысление особенно обостряется в День памяти – 22 июня. Ну что же, помолчим минуту, а потом поговорим. Нам есть о чем поговорить. И есть о чем подумать!

Кто из старшего поколения сегодня не задумывается: как это так получилось, что сегодня дети и внуки тех, кто вместе добивали фашистскую гадину в 1941-1945 годах, сегодня убивают друг друга? Честное слово, трудно укладывается в голове! Да, трудно переварить этот факт, но не столь сложно отследить, почему так произошло.

Конечно же, причина причин – разрушение Советского Союза. Не развал, не самороспуск или еще что-нибудь из либералистического лексикона. СССР разрушили. Рукотворный этот процесс шел довольно долго. Когда у руля союзного государства оказались некомпетентные люди и предатели, все и случилось.

Если этот факт мы не признаем и не сделаем нужные выводы, то когда-нибудь и Российскую Федерацию постигнет та же участь. Нанести России стратегическое поражение – не фигура речи, а огромное и непреходящее желание западного мира, который повторяет эту агрессивную мантру вот уже в течение всей специальной военной операции на Украине. Вы только подумайте: глава ВВС Германии Хольгер Нойманн в преддверии Дня памяти и скорби в нашей стране заявил, что «Берлин готов вступить в бой с Москвой хоть сегодня ночью…».

В годы холодной войны, как мы помним, министр обороны США Джеймс Форрестол 22 мая 1949 года выбросился из окна дурдома с криком «Русские идут». В палате, где его лечили от антисоветского психоза, генерал постоянно повторял: «Я видел русских солдат. Русские идут, они уже здесь!»

22 июня 1941 года началась война, унесшая 27 млн жизней советских людей. Минута молчания по каждому погибшему длилась бы 50 лет. Сегодня Европа снова фашизируется. Наши бывшие союзники уроки истории забыли, но мы помним…

Хотим ли мы, чтобы такое случилось и с Хольгером Нойманном? Я лично нет. У человека, наверное, есть семья, дети и еще что-нибудь. Будет лучше, если он потратит несколько дней на изу­чение истории Второй мировой войны, которую затеяли его соплеменники, а историю Великой Отечественной я ему рекомендую изучить углубленно. Там есть очень интересные моменты, которые имели место под Москвой, Курском, Сталинградом и еще кое-где, в том числе и в Берлине. Рекомендую ему также обратить внимание на реакцию Иосифа Виссарионовича Сталина, когда ему сообщили, что в поверженном Берлине Адольф Гитлер покончил свою поганую жизнь самоубийством. Генералиссимус сказал всего два слова: «Доигрался, подлец…».

Вряд ли герр Нойманн засядет за учебники истории. Но пока он готовится к реваншу, мы кое-что напомним солдафону, который собирается напасть на Калининград и Петербург. Дело в том, что 14 июня 1941 года в газете «Правда» было опубликовано сообщение ТАСС. В нём говорилось о том, что советское правительство выполняет свои обязательства по пакту Молотова – Риббентропа и нападать на Германию не собирается. Также утверждалось, что Берлин не предъявлял СССР никаких претензий, а слухи о намерении Германии разорвать пакт и напасть на СССР лишены всякой почвы…

И это за восемь дней до 22 июня 1941 года. За годы перестройки и после мы наслушались о полной неготовности СССР к вой­не, о том, что Сталину называли день и час нападения на страну, и тому подобное. В советском руководстве всё прекрасно знали. И делали всё, чтобы оттянуть начало войны не только на год, но и на дни и даже часы. Продиктовав текст той публикации для ТАСС, Сталин предложил своим соратникам: «Давайте скажем Гитлеру: подумай еще раз, прежде чем начинать!»

А министр пропаганды Третьего рейха Йозеф Геббельс записал в дневнике: «Опровержение ТАСС оказалось более сильным, чем можно было предположить по первым сообщениям. Очевидно, Сталин хочет с помощью подчёркнуто дружественного тона и утверждений, что ничего не происходит, снять с себя все возможные поводы для обвинений в развязывании войны».

Однако Гитлер в 4 часа утра 22 июня 1941 года задействовал свой «план Барбаросса» и тем самым запрограммировал в своей биографии несостоявшегося художника и состоявшегося убийцы миллионов людей в Европе и в СССР ампулу с цианистым калием в Берлинском бункере. Да уж, доигрался подлец! И чего это сегодня воздушному флотоводцу Германии Хольгеру Нойманну неймётся? Не дают покоя тленные лавры Адольфа Гитлера? Давай, давай…

Да, конечно, в этот день мы приспустим флаги, возложим цветы к могилам и мемориалам и будем вспоминать, вспоминать… Нам не довелось и, дай бог, никогда не доведётся увидеть почтальона, идущего к твоему дому с похоронкой. А каково было тому почтальону, как правило, безногому или безрукому, отправленному с передовой в тыл ввиду негодности для дальнейшего прохождения боевой службы! Но кто-то должен был и эту работу выполнять.

Не сочтите за нескромность, но приведу здесь полный текст похоронки, которую получила моя бабушка о гибели на фронте сына, чьё имя ношу я.

«Извещение № 106. Ваш сын мл. сержант Магомедов Абдурахман, уроженец ДАССР, Цумадинский р-н, с. Тинди, в бою за социалистическую Родину, верный военной присяге, проявив геройство и мужество в бою, убит 2 февраля 1943 года у села Власов Ростовской области. Похоронен в сел. Власов. Настоящее извещение является документом для возбуждения ходатайства о пенсии. Майор Казобинский, 22 февраля 1943 г.» А на обороте извещения: «Мать Газиева Написат».

Не помню, получала ли бабушка пенсию, но помню, что после каждого намаза она оплакивала сына-красноармейца. Так было после войны по всей огромной стране. Те горячие слёзы, что были пролиты после получения похоронки, сменились слезами грусти о несостоявшейся судьбе и печали прерванной молодой жизни.

Нам ещё надо помнить, что в те предвоенные годы Советское правительство сделало всё возможное, чтобы не допустить не только Великую Отечественную, но и Вторую мировую войну. Руководители страны пытались создать антигитлеровскую коалицию, наводили контакты со многими европейскими странами. Но тщетно. Что Англия, что Франция, что Польша повели себя точно так же, как и сегодня!

Сейчас по ЦТ идёт фильм «Вторжение», который комментирует внук В. М. Молотова Вячеслав Никонов. Видно, что из всех западных лидеров тогда лишь президент США Рузвельт более или менее лояльно относился к СССР. Если бы не он, вряд ли Черчилль оказался нашим союзником к концу войны. Собственно говоря, своей «фултоновской речью» он уже после нашей Победы всё развалил и дал старт «холодной войне», которая сейчас переживает своё второе рождение. Европа снова фашизируется, но воевать теперь решила руками украинцев.

Но что тут скажешь? Наверное, те же слова, что сказал по поручению Сталина дед вышеупомянутого Вячеслава Никонова Вячеслав Молотов, который 22 июня по радио обратился к советскому народу с обращением и закончил его словами: «Наше дело правое, враг будет разбит, Победа будет за нами!».

Угомонилась бы сейчас Европа! Наш Президент Владимир Путин прекрасно знает историю своей страны, Европы тоже. Он никогда не спешит, решения принимает взвешенные и обоснованные, а 22 июня для него – дата не только государственного значения, но и сыновнего долга и благодарности. Во время встречи с рабочими на одном из предприятий Архангельска он проронил: «Мой отец с первых дней Великой Отечественной был на фронте. Получил тяжёлое ранение… Потом всю жизнь, несмотря на инвалидность, работал».

Мы знаем, что Владимир Спиридонович Путин добровольцем ушел на фронт, а ранен был на знаменитом Невском пятачке во время блокады Ленинграда. Владимир Владимирович с его портретом шагал в рядах Бессмертного полка.

У нас с вами 22 июня – минута молчания. Давайте в эти секунды вместе с нашим Президентом вспомним всё, что происходило в 1941–1945 годах. Ведь у каждого будет своя минута молчания, объединенная общей болью и общей любовью к Отчизне.