Перо и кисть Абдулатипа Ашибова

Картина за окном

Он родился в селении Тадмагитль Ахвахского района. Его главные сюжеты всегда были рядом: старый аул, горная река Тархо, дорога, красная крыша дома, сад, осенний склон.

«В основном я занимаюсь пейзажем и натюрмортом, – делится художник. – И как не заняться? У нас природа в горах очень живописная. Выходишь на веранду, смотришь в любую сторону – там готовая композиция, готовый сюжет».

Ашибов не стремится превращать родные места в открытку. Ему важно передать состояние природы, ощущение спокойствия: жаркий день, тень на стене, свет в горах. Поэтому зритель, глядя на его картины, словно на время забывает о городском шуме и оказывается среди гор. Неслучайно одна из персональных выставок художника была названа строчкой из песни барда и любителя горных путешествий Юрия Визбора «Нам встречу назначили горы…».

В домашней мастерской художника много пейзажей и натюрмортов, написанных маслом. Пейзаж, по словам Абдулатипа Шуайбовича, требует быстроты: нужно успеть поймать мгновение, пока не изменились свет и настроение природы. С натюрмортом всё иначе. К нему можно возвращаться месяцами, добавлять краски, уточнять детали.

На картине «Розы цвели» – летний день, горный дворик, скамейка в тени деревьев. Другой натюрморт – связка недавно пойманной рыбы. Он сразу вызывает в памяти берег Каспия или горной реки, атмосферу рыбалки, спокойное созерцание природы и азарт перед уловом.

«Рыбу в горной реке ловят руками, когда она застревает среди ила и мусора. В этом есть особая жизнь Каспия, которую я хорошо знаю», – рассказывает художник.

На картинах Ашибова – фрукты, сушёное мясо, колбаса, курдюк, кувшин – обычные вещи сельского быта. Но именно в них он видит память о доме, семье и традициях.

В поэзии те же образы, что и в живописи: кинжал, пандур, кувшин. Вот он пишет:

Сталь кинжала и пандура звуки
Кто разделит, дружбы их лишит?
Гость пришел – пандур берем мы в руки,
Враг напал – кинжал нас защитит!

Для него кувшин не просто посуда. Когда-то он был частью повседневной жизни, а теперь часто превращается в музейный предмет, семейную реликвию. В этом художник видит особую печаль: вещь продолжает хранить память, но уже не участвует в жизни.

История в образах

Некоторые картины рождаются быстро. Так появилась недавняя работа «Кулак и палач», посвящённая дедушке художника, расстрелянному в тюремном подвале Ростова. Однако чаще живопись требует долгой работы и уединения. Сначала появляется идея, затем эскизы, и только потом складывается композиция.

В картине «Мелодия предков» изображено ущелье Зоноб в Ахвахском районе. Оно известно событиями 1877 года, когда здесь произошло крупное восстание против царской России. По словам художника, в нём погибли около ста его односельчан. Абдулатип Шуайбович стремился передать и исторический факт, и характер людей, их силу и мужество.

«Скалы в ущелье напоминают людей в папахах, будто стоят каменные великаны. Поэтому в композиции появились каменные фигуры и горная дорога», – объясняет он.

Одна из недавних работ – натюрморт с книгой Расула Гамзатова. На фоне камней в ней изображены предметы традиционного быта – посуда, которой пользовались предки.

От кинотеатра до Академии художеств

Путь к профессии у нашего героя начался не с выставочного зала. В 1970-е, еще будучи школьником, он работал киномехаником. Районный кинотеатр находился примерно в семи километрах от села, поэтому плёнки и оборудование приходилось носить вручную.

«Бобины были тяжёлыми, оборудование переносила гурьба детей, грузили на ослов и везли в село? Билеты стоили по 20 копеек, крутили военные и индийские фильмы», – со смехом вспоминает он.

В школе познакомился с учителем рисования и резчиком по камню. Общение с ними укрепило его интерес к искусству. К окончанию школы узнал, что в Махачкале как раз открылся художественно-графический факультет педагогического института.

Во время учёбы устроился художником-декоратором в Аварский театр: оформлял сцену, работал с тканью и разными материалами. Позже писал лозунги, оформлял стенды и плакаты на автобазе «КамАЗ». Работа была далека от академической живописи, но давала практический опыт и возможность заработать.

Позже в его жизни появился Ленинград. Однажды приехавшие к нему художники увидели работы молодого дагестанца. Среди них был главный художник одного из ленинградских театров. Он предложил Ашибову приехать и учиться в Академии художеств.

«Он оставил мне ключи от своей мастерской в центре Ленинграда, и некоторое время я жил там. Потом помогли устроиться вольнослушателем в Академию художеств», – рассказывает художник.

В Дагестанском педагогическом институте он учился у таких мастеров, как Асият Агамирзаева, Галина Пшеницына и Вадим Скугарев. От Пшеницыной, по его словам, перенял понимание живописной основы, цвета и света.

Школа в поле

После возвращения в Дагестан его жизнь надолго связалась со школой. В райцентре Абдулатипу Шуайбовичу предложили стать директором. Новое здание находилось практически в поле и было не готово к работе. Провели воду, привезли камни, построили котельную, установили окна, сделали перегородки. Директору пришлось самостоятельно искать котлы для обогрева, подключать земляков. К декабрю дети смогли переехать в тёплое здание.

Позже Ашибов работал в хозяйственно-эксплуатационной конторе, которая обеспечивала школы района мебелью, топливом, строительными материалами и оборудованием. Приходилось много ездить, разбираться с проблемами на местах и распределять необходимые ресурсы.

С 1985 года преподавал изобразительное искусство, а затем стал директором Детской школы искусств в с. Карата. Для него школа искусств – это не просто место, где учат рисовать. Это возможность для сельского ребёнка увидеть больше, чем он привык видеть вокруг себя:

«Ребёнок приходит туда по желанию. Он получает возможность расширить кругозор, увидеть то, с чем в селе раньше не сталкивался, и понять, есть ли у него способности».

Художник считает, что ученика нельзя заставлять копировать чужой стиль:

«Самое важное для начинающего художника – индивидуальность. Нужно помочь человеку раскрыть себя. Но одной индивидуальности недостаточно. Необходимо дать техническую основу: пропорции, композицию, перспективу, тёплые и холодные цвета», – уверен он.

Мост, ГЭС и стихи

В биографии нашего героя есть дела, которые на первый взгляд никак не связаны с живописью. В 2000-е годы он работал главой администрации родного села. При его участии был построен мост через реку Тархо.

Прежде дети, старики и жители села переходили ее по камням или доскам. Во время паводка это становилось опасным. Необходимые материалы удалось получить за счёт налоговых поступлений. Так появился мост длиной около ста метров. Он служит до сих пор.

Работал он и на строительстве Загорской гидроэлектростанции. Днём и ночью гремела техника, заливали бетон, укрепляли фундамент. После смены он вспоминал родной Тадмагитль и писал стихи:

В этот край не долетает
Бормотание Койсу,
Сердце с грустью вспоминает
Грозную его красу.
И Сулак, что величаво
В Каспий свой поток несет,
Снится часто мне ночами,
Отдых сердцу он дает.

Стихи пишет в основном на ахвахском и аварском языках, а затем переводит на русский – помогает друг-переводчик Григорий Адаров. Первые стихотворные строки появились еще в детстве. Когда отец работал заведующим складом колхоза на кутане, дети приезжали на лето к нему, и мальчик писал родным письма в стихах.

В его поэзии – горы и дороги, любовь и память, юмор и тревога. В стихотворении «Ковер» узоры превращаются в «живые предков тени», а гора Тархо становится признанием в любви к родному краю.

Поэзия и живопись Ашибова говорят об одном и том же: о памяти, достоинстве, родной земле и связи поколений.

Память, которая продолжается

Абдулатип Ашибов – член Союза художников России. С 1983 года участвует в республиканских выставках, в том числе в родном районе. Его работы были представлены на проектах «Художник-педагог», «Осенний вернисаж», пленэрах «Весна» и «Лето-2018», персональных выставках «Земля предков» и «Нам встречу назначили горы…», выставке художников на фестивале «Дни культуры, литературы и искусства Ахвахского района».

После переезда в Махачкалу в 2018 году художник стал регулярно участвовать в ежегодных выставках Союза художников Дагестана. В 2021-м его картина «Красные крыши» была представлена на Всероссийской художественной выставке «Единение». Признается, что с переездом в город ему писать легче – круг общения, художественная среда столицы поддерживают. Днём преподает в школе, а ночью, когда всё вокруг затихает, садится за картины. Иногда пишет стихи.

Художник не стремится к известности и наградам. «Всё делаю для души и для детей», – говорит он.

Его картины уже находятся в домах детей. Там знают историю каждой работы. «Для меня это важно: картины остаются в семье и продолжают жить», – рассуждает Абдулатип Шуайбович.

У него пятеро детей и тринадцать внуков. Он не навязывает им свою профессию, считая, что каждый должен сам выбрать дорогу. Но хочет оставить семье книгу стихов и альбом с репродукциями картин.

В этом году А. Ашибову исполняется 70 лет. В его творчестве – горная дорога, старая вещь на стене, дождь за окном, шум большой стройки. А еще есть кисть и перо – два инструмента, которыми художник всю жизнь сохраняет то, что нельзя потерять.