В Дагестане производство товарной форели выросло на 50% за полгода
0
Однако урбанизация, свойственная всей истории человечества, не обходит стороной и нашу республику. К тому же нельзя исключать влияние технологического прогресса и стремления людей выбирать менее энергоемкие направления деятельности, а для проживания – более комфортабельные территории. В этой связи задались целью проанализировать, как на фоне этих процессов меняется ситуация в АПК Дагестана и в его главном сегменте, коим является человеческий ресурс.
За последние 15 лет число занятых в сельхозпроизводстве Дагестана заметно сократилось. К таким выводам приводит наш анализ некоторых данных официальной статистики. Так, численность работников по виду экономической деятельности «Сельское, лесное хозяйство, охота, рыболовство и рыбоводство» по итогам 2024 года составила 196,1 тысячи человек, что на 70,1 тысячи меньше показателя 2010 года. Одновременно доля занятых в этой сфере за рассматриваемый период сократилась с 25,9 % до 15,5 % от общей среднегодовой численности работающего населения республики. Между тем прямой связи между уменьшением числа занятых в агропроме и изменением численности сельского населения не наблюдается: согласно анализу тех же данных, доля сельчан за эти годы практически не изменилась, оставаясь на уровне около 55 процентов.
Интересная ситуация: доля сельского населения не меняется, но количество занятых на земле существенно снизилось. Создается ощущение, что происходит структурный сдвиг в экономике республики. В частности, по тем же данным наблюдается определенный рост числа занятых в таких сферах, как торговля, строительство, общественное питание и другие направления. При этом стоит заметить, что часть этих людей может формально оставаться сельскими жителями, но их заработок связан с выездом в города или в другие регионы. Такое положение дел может быть и следствием старения кадрового ядра, а молодежь, хоть и живет на селе, не стремится занять себя в АПК.
За 15 лет число занятых в сельском хозяйстве Дагестана сократилось на 70 тысяч человек – при том что доля сельского населения осталась на уровне 55 %. Люди не уезжают из сёл – они уходят из АПК. В торговлю, в строительство, в сферу услуг. Земля кормит – но уже не привлекает. Дагестанец сохраняет сельскую прописку, но внутренне тяготеет к городскому укладу. Тревожный сигнал для аграрной республики.
Вообще сложно сказать, связано это обстоятельство с физическим переездом или сменой занятости внутри села – возможно, экономисты и социологи точнее скажут. Тем не менее для аграрной республики столь значительное «вымывание» работников из ключевого сектора экономики представляется настораживающим сигналом.
Известно, что личные подсобные хозяйства формируют основную долю сельхозпроизводства республики, определяя погоду как в растениеводстве, так и в животноводстве. Думается, причина в том, что для дагестанца всегда было важно закрыть потребности своей семьи урожаем со своего огорода – это глубокая ментальная установка на надежность, заложенная исторически. Подсобное хозяйство всегда было удобным средством самообеспечения, особенно в периоды экономической нестабильности, что наглядно продемонстрировали 1990-е годы. Это то занятие, которое страхует от капризов неустойчивых времен. Возможно, здесь играет роль еще и то, что природно-климатические условия Дагестана благоприятны прежде всего для аграрных дел. Таким образом, работа на земле для дагестанца – это утверждённая природой и историей стратегия выживания, инструмент для обеспечения экономической и социальной безопасности.
Стоит заметить, что у нас нет намерения умалить значение других форм хозяйствования, в республике достаточно много крепких сельскохозяйственных организаций и фермерских хозяйств. Однако во многом благодаря деятельности подсобных хозяйств населения (частной инициативе) формируется позитивная производственная динамика отрасли. Так, картофель, овощи, плоды, мясо и молоко (то есть практически основной спектр местной аграрной продукции за исключением зерна и винограда) заметно больше получают именно в личных подворьях. Показательно, что по итогам 2025 года индекс сельскохозяйственного производства (в сопоставимых ценах) составил 103,1 % к уровню 2024 года, при этом рост в хозяйствах населения достиг 105,2 %.
Анализ динамики структуры продукции сельского хозяйства по категориям хозяйств (в фактически действовавших ценах) за последние 15 лет показывает, что личные подсобные хозяйства остаются устойчивым сегментом дагестанского АПК. В 2010 году на долю населения приходилось 81,1 % от общего «пирога» производства, а по итогам 2025 года этот показатель составил 79,9 %. Тем не менее в отдельные годы доля ЛПХ опускалась чуть ниже. Возможно, часть продукции, которую ранее производили фермерские хозяйства, теперь переходит в сектор личных подворий – во всяком случае, официальная статистика фиксирует заметное сжатие категории КФХ (снижение доли с 11,5 % до 8,2 %). При этом на фоне небольшого увеличения доли сельхозорганизаций (с 8,9 % до 11,9 %) можно заметить тенденцию к снижению предпринимательской активности именно в малых формах хозяйствования.
Быть может, в приведённом анализе не хватает и других ракурсов для более объективной оценки. Тем не менее возникает ощущение, что дагестанцы хоть и сохраняют сельскую прописку и сельскую идентичность, но внутренне уже тяготеют к городскому сервисному укладу. Цифры показывают признаки определенного спада интереса к земле, то есть к сельскохозяйственной деятельности как к источнику заработка.