Число пострадавших от паводков в Дагестане, получивших выплаты, превысило 70,5 тысяч
4
Напомню: «В какой-то момент я спросил Ткачёва: «Когда вы только пришли к власти, вы сказали, что все люди с фамилиями «-швили», «-дзе», «-ян», «-ман» – все нелегалы. Вы что, расист?» Мой собеседник сказал, что, видимо, он погорячился и тут же добавил: «Эти турки-месхетинцы размножаются, как кролики». Это всё прямо в эфире. Мне больше ничего и не надо было».
(Владимир Познер, 2011 год)
***
Затем последовала катастрофа в Крымске и встреча с пострадавшими, на которой Ткачёвым – лицом, ответственным в крае за всё, в том числе и за систему оповещения населения о чрезвычайных ситуациях, было сказано нечто, вызвавшее всеобщее возмущение: «А вы что думаете, дорогие мои, что, нужно было каждого обойти?» И на этом фоне прошла информация о неком гастарбайтере — не то узбеке, не то таджике, по имени не то Алам, не то Алим – никто толком не установил: «Молодой рабочий спал на улице, когда началось наводнение. Проснувшись от шума в три часа ночи, он увидел быстро прибывающую воду и стал кричать. Затем стал бегать по улице и бросать камни в окна, стремясь разбудить местных жителей. Раздобыв где-то надувной матрас, он смог разместить на нем шесть человек.
Пытался вытащить из дома старушку, но это ему не удалось: окна были зарешечены, а дверь уже была под водой. «Он держал ее за руку, когда она захлебывалась. Он не убежал. Она утонула, держа его за руку», — рассказывает Apack. О происшедшем ему рассказали очевидцы, сам рабочий плохо изъясняется на русском языке и очень застенчив».
***
А вот не спасший ни одного жителя губернатор Ткачёв, «дорогие мои», очень даже напорист и боевит. Крас-с-савец мужчина. Вот он на фото принимает парад таких же казаков. Тех самых, что прибыли в Крымск только на девятый день после катастрофы, в то время, как волонтёры-добровольцы со всей России, кинувшиеся туда по зову сердца, работали чуть ли не с первого дня. В тяжелейших условиях с раннего утра до поздней ночи. И явились казаки, оказывается, вовсе не разбирать завалы и чистить дворы и дома от грязи, а чтобы надзирать за порядком (!). Это те казаки, которые почему-то вместе со своим боевым губернатором годами наблюдали, как в крае целый район функционирует в режиме банды Цапка, установившей в нём свой порядок. Мало того, многие из них, будучи местными обывателями, и сами жили в условиях этого бандитского порядка.
***
После Крымска вновь поднялась волна требований об отставке, а Ткачёву хоть бы что. Мало того, оправившись в очередной раз от испуга, господин Ткачёв недавно выступил с речью, содержание которой шокировало общество, кроме господина Жириновского и ему подобных (не правда ли, хорошая компания для руководителя одного из крупнейших регионов страны?). Общественная палата России даже направила запрос в Прокуратуру РФ.
***
Прочитав речь, я пришёл в изумление. Нет, разговор сейчас вовсе не про ее откровенно антикавказскую направленность, о которой успели высказаться уже все, кто хотел, а про то, что губернатор и заодно доктор наук, оказывается, не в состоянии внятно излагать свои мысли, какими бы они ни были. Косовских сербов он числит хорватами, казаков — то отдельным народом, то выясняется, что он имел в виду русский народ, и непонятно, то ли все русские являются казаками, то ли казаки тоже русские, и тогда они вовсе не отдельный народ. Хотя, конечно же, по нашей Конституции любой желающий может считать себя хоть марсианином, хоть древним греком.
***
Все тех же казаков и тоже «в одном флаконе» он числит и «державными», и «независимыми, вольными людьми», c которыми Екатерина II «вынуждена была идти на компромисс». Но лучше бы он столь далеко в историю не заглядывал. Как известно, в своё время казачество стихийно формировалось на окраинах Российской империи как раз из тех, кто бежал от державы – «беглые люди». Это были и крепостные крестьяне, и просто уголовники (воры, насильники, убийцы и проч.), стремившиеся избежать наказания. Они своими разбойничьими набегами – не только на юг, в сторону турецких владений, но и на север — доставляли немало хлопот державе Российской, которая «огнём и мечом» преследовала их. Ну а потом – «компромисс» от Екатерины. Вот тут Ткачёв, конечно же, прав, когда сообщает, что он был вынужденным.
***
А ещё ему принадлежит географическое открытие. Не Колумб, конечно, но всё-таки…
До сих пор границы Кавказа классическая география отмеряла от Каспия вплоть до Черного и Азовского морей, а с севера — до Кумо-Манычской впадины. В его пределах находятся и Краснодарский край, и Ставрополье. Это оправдано не только из соображений геолого-географических, но и этнографически, экономически и политически, что понимал ещё Александр II, который в 1860 году своим указом впервые ввел понятие «Северный Кавказ». Однако у Ткачёва свой циркуль – оказывается, «между Кавказом и Кубанью есть фильтр – Ставрополье». Жаль, что нет ещё такого «фильтра» от самого Ткачёва, как Северный ледовитый океан, поскольку его не смущают даже собственные слова: «Эта земля по большому счету не принадлежала Российской империи, она принадлежала кавказским народностям, черкесам».
***
А вообще-то в подобных делах лучше не углубляться в историю, шкафы которой содержат скелеты на любой вкус. Давайте лучше обратимся к делам нашим скорбным, сегодняшним. Вот собирается господин Ткачёв учредить казачьи дружины числом в 1000 человек для того, чтобы «выдавливать, наводить порядок, спрашивать документы, заниматься миграционной политикой (откуда прибыл, зачем и т.д.)». Он готов ежегодно выделять на их содержание 650 миллионов, в том числе платить заплату в размере «около 20-25 тысяч рублей». При этом, обращаясь к полицейским, заявляет: «То, что нельзя вам, – казаку можно»(???).
Ну это в смысле для чего нужны дружины. И витиевато уточняет: «…на бытовом уровне, на подсознательном, на понятийном». Поскольку «мы видим, как наши гости ведут себя совершенно по-другому – особенно на побережье. Могут включить национальную музыку и ехать по набережной, где ездить нельзя, обращать на себя внимание. Вести себя нагло, цинично».
***
В этой связи у меня возникает несколько вопросов: а вот сами казаки и прочие легалы, по критериям Ткачёва, они никогда не ведут себя «нагло, цинично», никогда не нарушают правила движения и никогда не занимаются незаконным самостроем, как в Крымске, унесшим столько жизней? А если все-таки где-то что-то нарушают, то на их художества следует закрывать глаза (как на Цапков из Кущёвки)? Или всё-таки местные правоохранители имеют достаточно прав и сил пресекать (при желании, конечно) нарушения на корню и у местных, и у приезжих, обходясь без всяких непонятных отрядов?
***
У кавказцев, как и у остальных народов мира, хватает уродов. Да в любом человеке сидит свой, пусть хоть и маленький, но урод. И уродству этому где-то не позволяет выйти наружу воспитание, а где-то понимание, что оно будет бескомпромиссно пресекаться властью, которой общество передало такие большие полномочия. Правило это безошибочно работает везде. Так вот, если имеются бросающиеся всем в глаза факты наглости, циничности и, даже страшно сказать, нарушений правил движения на набережной, от кого бы они ни исходили, не является ли это признаком несостоятельности этой самой власти, которая отсутствие своей потенции пытается завуалировать переводом стрелок на кавказцев? Благо, что асоциальное поведение их представителей всегда бросается в глаза и болезненнее воспринимается местными жителями, в сравнении с наглостью и цинизмом собственных «сукиных сынов». Но индикаторы «Кущёвка» и «Крымск» на кавказцев не спишешь, и они однозначно свидетельствуют, что приоритеты у краевой власти совсем иные, чем служение интересам общества.
***
Что такое «понятийное» имеют казаки и не имеют полицейские? Это что, призыв первого лица в крае к жизни «а ля Цапки» — по понятиям, а не законам? Правда, он предусмотрительно не забывает сказать, что всё должно происходить в рамках закона. Какое-то странное раздвоение сознания. С законами-то всё ясно. А вот какие интересно у него понятия? Не лучше ли расходовать 650 миллионов рублей хотя бы на совершенствование системы предупреждения чрезвычайных ситуаций в крае?
***
Национализм и религиозная нетерпимость есть две самые большие глупости нашего времени. Дело в том, что они означают изоляционизм. В условиях современного открытого мира только убогий согласится жить в государстве, которое считает его человеком второго сорта по национальному или религиозному признаку. Остальные, кто хоть что-то из себя представляет, просто-напросто эмигрируют туда, где все равны. Из этого следует, что национализм есть преступление против собственного народа, поскольку изоляционизм ведёт к стагнации и угасанию. Например, нацизм уничтожил в Германии великую научную школу физики вовсе не потому, что вешал физиков, а потому что многие из них, в том числе и Альберт Эйнштейн, эмигрировали. В Дагестане пару десятилетий назад начался массовый исход русскоязычного населения. Причина, правда, была не в национализме власти, а в бандитском беспределе, воцарившемся в условиях резкого ослабления государства. Но, к сожалению, процесс пошёл. Культурные и социально-экономические последствия его невосполнимы, каким бы калачом мы теперь ни заманивали уехавших.
***
При существующих информационных технологиях и мобильности населения обречены на провал любые попытки заморозить внутренние миграционные процессы с помощью запретов и угроз, если, конечно, не превращаться в Северную Корею. Мигранты — это, как правило, наиболее активная, дееспособная часть граждан. Для регионов, из которых они убывают, это потеря и тревожный звонок. А для мест, куда они стремятся, это вызов. Энергия мигрантов может как созидать, так и разрушать. Всё зависит от качеств среды, в которой они оказываются. Как учил «великий кормчий» Мао Цзе Дун, когда дует ветер перемен, нужно поднимать парус, а не возводить щит от ветра.