Сетевое издание «Дагестанская правда»

01:55 | 21 января, Чт

Махачкала

Weather Icon

Встретимся у родника

A- A+

«Говорят, вот в том разрушенном ауле было двенадцать целебных родников. Родник от болезни глаз, родник от болезни желудка, родник от ревматизма… Но вот переселили жителей на плодородные земли, и родники высохли буквально через несколько месяцев. А недавно, говорят, вернулись две семьи: старики со своими старухами. И знаете, через неделю ожил один из родников, сам, без вмешательства человека!.. Родники рождаются и живут там, где есть люди», – писал Ахмедхан Абу-Бакар.

И это правда. Такая же чистая, как родниковая вода. Я в этом убедилась, когда ездила в с. Гонода. Тамошние девушки все еще ходят за водой к роднику с отполированными до блеска кувшинами. Представляете!? И это потрясающе красиво. Возможно, конечно, и с ведрами ходят – почему бы и нет? Но на моем пути встречались только кувшины и только девушки – молодые, красивые, как те абрикосы в гонодинском саду.

В Дагестане туристам показывают всяко разное-прекрасное, но родники не входят в перечень достопримечательностей. Аксакалы говорят, что это неспроста – во все времена родник считался источником жизни, местом святым. И, конечно, его держали чистым во всех смыслах, оберегали и от нечистых, завистливых взглядов. Бывает, даже обереги вешают, и правильно. А если вдруг засыхал родник, то по нему горевали, как по родному человеку.

Вот съездишь в какое-нибудь село, вернешься в город и несешь потом в себе кусочки сельской жизни: сравниваешь, вспоминаешь, понимаешь, что там все-таки делают всё правильно и верят искренне в то, что делают. И я заметила, что родниковая вода везде разная – где-то сладковатая, где-то солоноватая, но всегда вкусная. Поднесешь ко рту – не остановиться. Губы дрожат, зубы стучат, челюсть сводит, а не оторваться.

Но ходить за водой к роднику с кувшином мне никогда не приходилось. В с. Гонода пошла в компании прекрасно разодетых в старинные платья девушек, смотреть на них – уже праздник для глаз. Задаю вопросы, любопытничаю, опускаю свой пока еще пустой кувшин на землю. Он рискует свалиться на неровной дороге, пока я фотографирую, а они в ответ хихикают. И мы весело и беззаботно, огибая улочки, шагаем к роднику. По сторонам – горы, горы, горы, увешанные саклями. Девчонки что-то живо обсуждают на родном языке, замолкают. Звучит призывно-протяжный голос муэдзина, и местная жительница, приветствуя нас у родника, приглашает:

– Идите, идите, мои красавицы, за холодной родниковой водой, пусть с каждым глотком ваша жизнь наполняется радостью и счастьем. Набирайте и не забывайте сохранить родник для своих потомков. Как это сделали наши предки для нас. Храните, любите обычаи своего народа.

И много чего еще теплого, необходимого говорила Патимат Юсупова на твердом, как скалы, аварском языке. Она хранительница местных традиций, научный сотрудник Гонодинского историко-краеведческого музея. О том, как было, пока их не было, как жили прабабушки и прадедушки, местная молодежь узнаёт именно на музейных театрализованных мероприятиях, которые она организовывает, в которых сама же и участвует.

И во все времена родник был не только источником воды, не только живой нитью, связывающей с прошлым, но и местом встреч. У родника молодые горцы присматривали себе невесту, а кувшин подсказывал, на кого можно обратить внимание и на кого смотреть категорически запрещается. Незамужние девушки брали с собой изящный сосуд с утонченным горлышком, замужним полагался сосуд с коротким горлышком.

И один из главных послесвадебных обрядов – выход невесты к роднику за водой. Нарядная невеста идет по селу, вместе с ней родственницы и подруги. А родник уже захвачен молодежью – требовали выкуп, откупались сладостями. Невеста наполняла кувшин водой, ее в это время осыпали орехами, сахаром, монетами, которые собирали дети. Наполнив сосуд до краев, по возвращении домой она первым делом поила мужа. И с этого момента ей разрешалось ходить одной за водой и называть родителей мужа отцом и матерью.

Во все времена родник считался источником жизни, местом святым. И, конечно, его держали чистым во всех смыслах, оберегали и от нечистых, завистливых взглядов

Читала однажды у профессора Расула Магомедова о роднике в ауле Хотода, около которого еще несколько лет назад женщины оставляли кувшины, ведра со сметаной и молоком. Это был своеобразный холодильник, и никто никогда не брал чужого. В Унцукуле, Гергебиле, Хаджалмахи, Ицари, Вачи, Кванаде, Дюбеке, Шия, Гигатле потерянную вещь по сей день оставляют на видном месте. В селении Тидиб найденное приносят к роднику. В Ураде мне рассказывали, как однажды тидибец забыл в их ауле хурджины. Два дня они оставались никем не тронутыми, пока на третий день хозяин хурджинов не вернулся и не забрал их.

А вы знаете, как здорово остановиться на дороге в знойный день, напиться ледяной воды, прямо из сердца выпустить: «Алхамдулилла» – и продолжить путь! Я помню родник в Балхаре, он никогда не замолкал, потому что не было там крана, который бы перекрыл журчание. У родника в хунзахском Мококе был свой «домик» с крышей, как на детских рисунках. На стене нарисованы кувшины, табличка со словами: «Мунагьал чураги…». Это родственники обустроили родник в память об умершем. И каждый, кто выпьет из него, желает смывания грехов покойному – так переводится короткая, глубокого смысла надпись. В Хиве у родника тоже была надпись, только предупреждающая: «За стирку белья на роднике штраф 1000 рублей».

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Другие тэги

Статьи по тегам

Статьи из рубрики «Общество»