Лунная соната

В ту ночь я долго не засыпал, так и не помню, когда заснул. И во сне испытал состояние второго «пробуждения». В этом состоянии я погрузился в подземелье. Было полнолуние. Луна висела над холмом, огромная, бледная, краем чуть касаясь его макушки. И фигура Надыра, завзятого охотника, стоящего перед восходящей огромной луной кровавого цвета, хорошо виднелась на взгорке.

Надыр на меня всегда оказывал демоническое действие. От него веяло какой-то магической силой, духом старины. Он меня никогда не подводил. Был смел до невозможности. На медведя шел один на один. В волчьих повадках разбирался лучше любого знатока.

Я не понял, что он один в такой поздний час делает на этом взгорье. Чего ищет, над чем колдует в полнолуние. Но чувствовал, что он здесь, в эту лунную ночь, оказался не случайно.

Он заметил  меня с Чохом. Приподнял руку, предупреждая, чтобы мы не высовывались. Мы исполнили его требование. Я замер, одновременно почувствовал, что меня охватывает легкий трепет от наползающего ночного холода и еще чего-то, влекущего меня в её темноту. Надыр стоял на пригорке, ярко освещенном луной, прислушиваясь, всматриваясь вдаль. Вероятно, там выслеживал волков. Он повернулся к нам, подавая рукой условные знаки. Мы поняли: за холмом затаилась стая волков. Там находилась овчарня. Мы с Чохом отползли. Прячась за холмами, пошли к нему.

Надыра мы из виду не теряли. Он как-то странно застыл на холме пониже. За его спиной поднималась луна. В первые мгновенья на фоне кроваво-красной луны он растворился. Затем на лике луны обозначилась его фигура. Она визуально выглядела намного ниже ростом. Неожиданно на том холме стало происходить нечто такое, что было не подвластно моему сознанию и пониманию. Надыр застыл в неестественной позе, лицом, обращенным к луне. Он готовился к какому-то величественному обряду. Вероятно, поклонению луне. У меня было такое ощущение, что он сейчас завоет волком. Завоет так, что разверзнутся небеса. Я замер в ожидании. У меня мурашки ползали по спине.

Неожиданно с холма, где застыл Надыр, на меня обрушился оглушительный волчий вой. Эта дикая, гнетущая воющая волна, нарастая, чуть не сбила меня с ног. Вой, отражаясь в горах, понесся низом, по ущельям, взгорьям. Этот завораживающий вой, щемящий душу, едва не лишал меня рассудка, физических сил. Я застыл, ноги приросли к земле. И под действием магического воя позабыл о себе, обо всём на свете. Этот вой, пронизывающий мою душу, с вершины холма издавал Надыр. Я увидел, как он ладони рупором прикладывает к губам, выдавливая из гортани чарующие волчьи завывания. Вой разносился сверху вниз, по склону холма. Я был пленён его завыванием, лишался разума, вместе с этим голосом отрывался от земли, уносясь эхом волчьего воя по холмам.

Мне показалось, что вой начал разноситься снизу вверх, из глубин ущелий на горные вершины. Это к вою Надыра присоединились волки: один, два, три – вся стая. У меня создалось ощущение, что я вместе с этим воем возношусь ввысь, а пригорок уходит из-под моих ног. Мысли в голове замутились. Я пытался понять, что кругом такое происходит, включал разум, который стал выше моего сознания, выше меня. Моё сердце одновременно охватывал, пронзал всепоглощающий вой и страх…

Через мгновение Надыр оказался ниже, на холме, куда еще попадал лунный свет. Неожиданно за его спиной мгла охватилась розовым огнем. Из нутра Надыра медленно выплывала вторая луна. Она, только что рождённая, увеличиваясь в размерах, обливаясь красным цветом, всходила над холмом. Засияла там своей дивной красой. Надыр перед огромным кровавым диском медленно растворялся, становился кроваво-красным. Затем слился с луной, приобретая один лунный золотисто-кровавый цвет. То место, где стоял Надыр, охватилось холодным лунным дыханием, растекаясь золотом и багрянцем. Кроме Надыра, там всё оставалось на своих местах: и холм, и деревья, и луна, висящая над холмом, и Чох. Над холмом явственным, невидимым, неощутимым зовом небес новым взрывом зависло очередное завывание. Завывание Надыра, ставшего неделимой частью луны.

Лунно-человеческое завывание звучало, распространяясь по верху холмов какими-то странными, магическими цветными волнами. Я их слышал отовсюду: сверху, снизу, с боков. Из себя… Завывание, охватывая всё пространство, многократным эхом дрожало над моей головой. К нему присоединились все волки, воющие, плачущие, хохочущие, тявкающие. Под эмоциональным воздействием хорового пения стаи волков я не осознавал, что к вою-хороводу присоединился и я. И вой отражением моей внутренней сущности звучал, пока у меня хватало дыхания. Когда я стал задыхаться, понял, что Надыр перестал выть. А я неотрывно продолжаю завывать. Казалось, в эту лунную ночь на свете ничего не существует, кроме этого всеобъемлющего лунного, волчьего и моего завывания. Я интуитивно осознавал, что своё завывание должен довести до победного конца. И изо всех сил старался не сорвать голос, удерживать тембр, необходимую высоту, его модуляцию. И я, выкладываясь из последних сил, закончил завывание на нужной ноте, как меня учил Надыр.

Потом мы с Чохом долго и молчаливо сидели у костра, слушая, как со всех концов округа отзываются волки. И так, не дождавшись Надыра, по подземным лабиринтам, дымя головешками, побрели к кошарам.

За нами последовали волчьи голоса. Они нас догоняли.

Собираясь уходить, я понял, зачем Чох настоятельно предлагал брать с собой горящие головёшки.

– Чох, – догадался я. – Выходит, я своим воем вокруг нас собрал всех окрестных волков?

– Выходит, так, – спокойно ответил он.

– Чего ты молчал?! – обиделся я. – Они могут нас загрызть.

Он стал меня успокаивать:

– Ну, созвал. Ты же своим воем их созывал! Хочешь, воем отправь их обратно.

– Как отправить?! Захотел – позвал, захотел – послал? Так не бывает!

– Бывает. А ты разве не хозяин своего голоса? Отправь их обратно в лес тем же волчьим воем, только под другим тембром и на другой высоте!

Меня поразила сама простота подхода Чоха к этому вопросу. Я завыл. Волчий вой стал от нас отдаляться. Через какое-то время я услышал завывание одиночного волка вдалеке от нас, за отдалёнными холмами, ведущими, как мне показалось, в сторону Бендли. Там раздались выстрелы – это Надыр отстреливал волков. Тут до моего сознания дошло, как теперь на ружейный выстрел выманю волчью стаю, возглавляемую Рыжегривой волчицей. Это будет моим ответом на её угрозы растерзать меня. Как говорится, нанесу удар, откуда не ждут!..